Preview

Медицинский вестник Юга России

Расширенный поиск

Адипокиновый профиль у больных ишемической болезнью сердца при стентировании коронарных артерий: вклад изменений психоэмоционального статуса

https://doi.org/10.21886/2219-8075-2020-11-2-62-70

Полный текст:

Аннотация

Цель: изучить изменения адипокинового профиля в зависимости от наличия или отсутствия признаков нарушений психоэмоционального статуса в виде сопутствующей аффективной симптоматики у пациентов со стабильной ишемической болезнью сердца (ИБС) без диагностированных нарушений углеводного обмена, подвергшихся процедуре планового чрескожного коронарного вмешательства (ЧКВ) со стентированием, а также оценить их взаимосвязь с клиническими исходами в течение 1 года после госпитализации.

Материалы и методы: в исследование были включены 20 пациентов мужского пола со стабильной стенокардией напряжения II – III функциональных классов, госпитализированных для коронарного стентирования. Проводилась оценка выраженности аффективных симптомов. Определяли уровни адипонектина, лептина, резистина в плазме крови исходно и на 3-и сутки после операции.

Результаты: у больных с ИБС отмечалось повышение содержания резистина и снижение уровня адипонектина по сравнению с референсными значениями. Изменение психоэмоционального статуса сопровождалось исходно более выраженным повышением содержания резистина в плазме крови. У пациентов без сопутствующих депрессивных симптомов содержание резистина значимо возрастало на третьи сутки после проведения ЧКВ. Динамики депрессивных симптомов в течение года не отмечалось. Клинически неблагоприятный исходы, а именно рестеноз стента, повторная госпитализация, учащение приступов стенокардии, регистрировались чаще у пациентов с субклиническими симптомами депрессии.

Выводы: факторами, негативно влияющими на сердечно-сосудистый прогноз, помимо сопутствующих нарушений психоэмоционального статуса, явились изменения содержания адипокинов в виде снижения адипонектина и увеличения резистина.

Для цитирования:


Лобэ А.О., Иванченко Д.Н., Дорофеева Н.П., Cизякина Л.П., Харитонова М.В., Шлык С.В. Адипокиновый профиль у больных ишемической болезнью сердца при стентировании коронарных артерий: вклад изменений психоэмоционального статуса. Медицинский вестник Юга России. 2020;11(2):62-70. https://doi.org/10.21886/2219-8075-2020-11-2-62-70

For citation:


Lobe A.O., Ivanchenko D.N., Dorofeeva N.P., Sizyakina L.P., Kharitonova M.V., Shlyk S.V. Adipokine profi le in patients with ischemic heart disease in stenting of the coronary arteries: contribution of changes in psychoemotional status. Medical Herald of the South of Russia. 2020;11(2):62-70. (In Russ.) https://doi.org/10.21886/2219-8075-2020-11-2-62-70

Введение

Несмотря на значительный прогресс рентге­нэндоваскулярных методов коррекции ише­мической болезни сердца (ИБС), в частности, использование коронарных стентов с лекарственным покрытием, на данный момент не удалось полностью нивелировать риск развития нежелательных явлений ре­васкуляризации, включая рестеноз и тромбоз стента [1]. Этим объясняется необходимость идентификации новых факторов риска развития сердечно-сосудистых ослож­нений чрескожных коронарных вмешательств (ЧКВ) со стентированием. В последние годы растет интерес к из­учению влияния аффективных расстройств депрессив­ного спектра на кардиальный прогноз. В отечественном исследовании КОМПАС доказан факт негативного вкла­да тревожно-депрессивных расстройств на кардиальный прогноз у пациентов с ИБС, при этом у каждого третьего пациента кардиологического профиля были выявлены симптомы депрессии. С другой стороны, имеются со­общения, что факт наличия расстройств депрессивного спектра связан с развитием сердечно-сосудистой патоло­гии, в частности, ИБС и артериальной гипертензии [2]. В качестве одного из возможных механизмов негативного воздействия депрессивных симптомов на течение и про­гноз сердечно-сосудистых заболеваний рассматривает­ся их влияние на адипокиновый профиль и изменение уровня адипокинов лептина, резистина, адипонектина, принимающих участие в хроническом воспалении сосу­дистой стенки [3].

Известно, что адипонектин препятствует развитию эн­дотелиальной дисфункции, индуцируя продукцию оксида азота (NO), подавляя активацию эндотелиальных клеток, ингибируя свободные кислородные радикалы и апоптоз, способствует восстановлению эндотелиальной выстилки сосуда и может рассматриваться в качестве кардиопротективного биомаркера [4]. Согласно данным проспективных исследований, высокие концентрации адипонектина кор­релируют с меньшим риском развития инфаркта миокарда у мужчин [5] и атеросклеротического поражения коронар­ных артерий по данным коронароангиографии [6].

Для расстройств депрессивного спектра характер­на активация оси «гипоталамус-гипофиза-надпочечники», приводящая к гиперсекреции лептина, который способен усиливать агрегацию и адгезию тромбоцитов, вызывать вазоконстрикцию и приводить к развитию сердечно-сосудистых событий. Предполагается участие лептина в формировании атеросклеротической бляшки путем стимуляции экспрессии провоспалительных ци­токинов. Кроме того, лептин самостоятельно обладает провоспалительным потенциалом, в частности, гиперлептинемия стимулирует секрецию проатерогенных ли­попротеинов в макрофагах и провоцирует высвобожде­ние С-реактивного белка в эндотелии [7].

В ряде работ показано участие резистина в разви­тии внутрисосудистого воспаления через активацию эндотелина-1, снижение экспрессии эндотелиальной NO-синтетазы и уровня оксида азота [8]. Выявлено не­гативное влияние резистина в отношении пролиферации гладкомышечных клеток сосудистой стенки [9]. Показана значимость данного адипокина как предиктора развития рестеноза коронарного стента после проведения ЧКВ [10]. Таким образом, повышенный уровень резистина позволя­ет рассматриваться в качестве неблагоприятного фактора риска развития сердечно-сосудистых осложнений [11].

Цель исследования — изучить изменения адипокинового профиля в зависимости от наличия или отсутствия изменений психоэмоционального статуса в виде призна­ков сопутствующей аффективной симптоматики у па­циентов со стабильной ИБС без диагностированных на­рушений углеводного обмена, подвергшихся процедуре ЧКВ со стентированием, а также оценить их взаимосвязь с клиническими исходами в течение 1 года после госпи­тализации.

Материалы и методы

В проспективное исследование были включены 20 пациентов мужского пола со стабильной стенокардией напряжения II - III функциональных классов, госпи­тализированных в Центр кардиологии, рентгенэндова­скулярной хирургии и кардиореабилитации Ростовской клинической больницы ЮОМЦ ФМБА России с целью проведения планового ЧКВ со стентированием (средний возраст — 55,8 ± 4,1 лет). Все пациенты подписали ин­формированное согласие на участие в исследовании в со­ответствии с Хельсинской декларацией [12] и междуна­родными стандартами GCP. Протокол исследования был одобрен локальным независимым этическим комитетом.

Диагноз ИБС был подтвержден результатами кли­нического, лабораторно-инструментального исследова­ния в соответствии с действующими Национальными клиническими рекомендациями и стандартами; показа­ния к ЧКВ определялись, исходя из Рекомендаций ESC/ EACTS по реваскуляризации миокарда 2018 г. [13], всем пациентам проводилась имплантация одного коронар­ного сиролимус-содержащего стента. Критериями ис­ключения являлись возраст менее 40 и более 70 лет, не­стабильная стенокардия или острый инфаркт миокарда на момент госпитализации и в течение предшествующих шести месяцев, фибрилляция предсердий, прогресси­рующая хроническая сердечная недостаточность или сердечная недостаточность ПБ стадии и выше, стойкое снижение скорости клубочковой фильтрации менее 50 мл/мин/1,73м2 по шкале CKD-EPI, онкологические, пси­хические заболевания, наличие хронических заболева­ний, сопровождающихся повышением уровня системно­го воспаления. Пациентам проводились антропометрия с определением, в том числе, индекса массы тела (ИМТ), измерением окружности бедер (ОБ) и обхвата талии (ОТ), определением соотношения ОТ/ОБ, стандартные лабораторное и инструментальное исследование, оцен­ка получаемой лекарственной терапии. Для выявления нарушений психоэмоционального статуса в виде сим­птомов депрессии проводили психометрическое тести­рование. Использовали опросник Center for Epidemiol­ogy Studies Depression scale (CES-D, с чувствительностью 83 % и специфичностью 78 % [14]).

Помимо стандартного лабораторного исследования изучались уровни адипонектина, лептина, резистина в плазме крови при помощи «сэндвич» иммуноферментно­го анализа с применением стандартных наборов реакти­вов (ELISA, Bio Vendor, Diagnostics Biochem Canada Inc.). Забор крови производился при поступлении пациента в стационар. Повторно определение лабораторных данных проводилось на третьи сутки после операции. Иммуно­логические методы исследования выполнялись на базе иммунологической лаборатории научно-практического комплекса «Клиническая иммунология» ФГБОУ ВО «Рос­товский государственный медицинский университет» Минздрава России. Оценка клинических исходов про­водилась в течение 12 месяцев наблюдения. Исход рас­ценивался как неблагоприятный при усугублении кли­нических проявлений ИБС, в том числе потребовавших повторных госпитализаций в случае выявления рестено­за стента по данным коронароангиографии.

Статистическая обработка проводилась при помощи программ Statistica 6.0, Microsoft Office Excel 2010. Для проверки гипотезы о равенстве средних использовался непараметрический критерий Манна-Уитни. Различия между группами признавались статистически значи­мыми при р < 0,05. Числовые значения представлены в следующем виде — среднее значение ± стандартное от­клонение (M±sd). Предикторную ценность факторов, влияющих на долгосрочный прогноз пациентов с ИБС, в частности симптомов депрессии и сывороточных уров­ней, исследуемых адипокинов определяли с помощью регрессионного анализа. Результаты представлены в виде относительного риска (OR).

Результаты

Характеристика включенных в исследование больных представлена в табл. 1. Пациенты, госпитализированные для планового ЧКВ, были разделены на группы: I группа — без нарушений психоэмоционального статуса в виде сим­птомов депрессии (n = 14); II группа — с депрессивной симптоматикой (n = 6). Группы были сопоставимы по возрасту, антропометрическим признакам метаболиче­ских нарушений (ОТ / ОБ, ИМТ), продолжительности ИБС, фракции выброса левого желудочка, статусу куре­ния. Обращает внимание факт наличия признака абдо­минального ожирения, согласно антропометрическим данным у всех включенных в исследование лиц, а именно превышение показателя ОТ / ОБ более, чем на 0,9. Все па­циенты были также сопоставимы по шкале SYNTAX [13]. Следует отметить, что во второй группе у всех пациентов, согласно результатам психометрического тестирования, была выявлена субклиническая депрессивная симптома­тика. У пациентов данной группы чаще отмечался пере­несенный инфаркт миокарда в анамнезе, что, возможно, объясняется ограничениями выборки.

Результаты исходного определения уровня адипокинов в плазме крови пациентов представлены в табл. 2. У всех пациентов, включенных в исследование, отмечалось значимое увеличение содержания резистина и снижение содержания адипонектина в плазме крови. При этом на­личие депрессивных симптомов сопровождалось еще бо­лее выраженным повышением уровня резистина.

Проведение ЧКВ со стентированием (табл. 3) сопро­вождалось значимым увеличением содержания резисти­на в плазме крови на третьи сутки от момента проведения оперативного вмешательства у пациентов без нарушений психоэмоционального статуса. У лиц с субклинической аффективной симптоматикой и исходно более высокими значениями исследуемого показателя наблюдалась лишь тенденция к его нарастанию, что, однако, сопровождалось сохранением послеоперационно статистически значимых различий между группами пациентов с аффективными симптомами и без них. При оценке влияния оперативного вмешательства на уровни лептина и адипонектина стати­стически значимых различий выявлено не было.

Проведение ЧКВ со стентированием (табл. 3) сопро­вождалось значимым увеличением содержания резистина в плазме крови на третьи сутки от момента проведения оперативного вмешательства у пациентов без нарушений психоэмоционального статуса. У лиц с субклинической аффективной симптоматикой и исходно более высокими значениями исследуемого показателя наблюдалась лишь тенденция к его нарастанию, что, однако, сопровождалось сохранением послеоперационно статистически значимых различий между группами пациентов с аффективными симптомами и без них. При оценке влияния оперативного вмешательства на уровни лептина и адипонектина стати­стически значимых различий выявлено не было.

Динамика депрессивных симптомов оценивалась че­рез 3, 6, 12 месяцев и сопоставлялась с исходным уровнем депрессивных симптомов, который был выявлен при го­спитализации (табл. 4). Результаты оценки свидетельству­ют об отсутствии изменений значений показателей шка­лы CES-D спустя 3, 6,12 месяцев, а именно об отсутствии развития депрессивных симптомов у лиц без признаков аффективных расстройств при первоначальной оценке, а также сохранении выраженности субклинической депрес­сивной симптоматики при изначальном ее наличии и со­хранении статистических различий между группами по результатам психометрического тестирования.

Таблица / Table 1

Клиническая характеристика групп пациентов, включенных в исследование
Clinical characteristic of the patients included in the study

 

I группа (без нарушений психо­эмоционального статуса, n = 14), M ± sd I group

(without psychoemotional disorders, n = 14); M ± sd

II группа (с субклинической депрес­сивной симптоматикой, n = 6),

M ± sd II group

(with subclinical depressive symptoms, n = 6); M ± sd

Возраст, лет Age, years

55,7 ± 4,8

58 ± 3,6

Курение

Smoking

28,6 %

30,4 %

Инфаркт миокарда в анамнезе A history of myocardial infarction

20,1 %

32 %

Фракция выброса левого желудочка, % Left ventricular ejection fraction, %

62,4 ± 5,4

59,1 ± 5,8

Продолжительность ИБС, лет Coronary heart disease duration, years

4,9 ± 1,1

5,1 ± 1,21

Обхват талии / окружность бедер ОТ / ОБ

Waist / Hips (W / H)

0,96 ± 0,03

0,94 ± 0,05

Индекс массы тела, ИМТ (кг/м2) Body mass index, BMI (kg / m2)

25,46 ± 5,35

26,32 ± 4,69

Примечание: * — статистическая значимость различий показателей р < 0,05.
Note: * — statistical significance of the differences between the groups р < 0,05.

Таблица / Table 2

Исходный уровень исследуемых адипокинов в плазме крови у пациентов, включенных в исследование
The initial level of the studied adipokines in blood plasma in patients included in the study

Содержание адипокинов в плазме крови Adipokines plasma level

I группа (без нарушений психоэмоционального статуса, n = 14), M ± sd I group

(without psychoemotional disorders, n = 14); M ± sd

II группа (с субклиниче­ской депрессивной симпто­матикой, n = 6), M ± sd II group

(with subclinical depressive symptoms, n = 6); M ± sd

Референсные

значения

Reference

P

Резистин, нг/мл Resistin, ng/ ml

16,85 ± 1,7

23,43 ± 1,1

8,1 ± 2,6

р1=0,0034

р2=0,002

р3=0,0012

Лептин, нг/мл Leptin, ng / ml

8,34 ± 1,8

8,27 ± 0,6

7,1 ± 3,0

р1=0,8071

р2=0,791

р3=0,844

Адипонекти, мкг/мл Adiponectin, mcg / ml

22,61 ± 2,4

23,85 ± 2,2

32,6 ± 4,5

р1=0,9920

р2=0,0401

р3=0,0340

Примечание: р1 — уровень статистической значимости различий при сравнении показателей I и II групп; р2 — уровень статистиче­ской значимости различий при сравнении показателей I группы с референсными значениями; р3 — уровень статистической значи­мости различий при сравнении показателей II группы с референсными значениями.
Note: p1 — statistical significance of differences between the I and II groups; p2 — statistical significance of differences between the I group and reference; p3 — statistical significance of differences between the II group and reference.

Оценка клинических исходов в течение 12 месяцев последующего наблюдения показала, что неблагоприят­ное течение заболевания, а именно усугубление течения ИБС, необходимость повторной госпитализации, ресте­ноз стента отмечались в группе пациентов с сопутствую­щими депрессивными симптомами (табл. 5).

Среди факторов, значимо негативно влияющих на долгосрочный прогноз пациентов с ИБС в рамках настоящего исследования, отмечены наличие симптомов депрессии QR 1,5 (0,69 — 2,33; p = 0,0396), а также тен­денция к нарастанию уровня резистина на третьи сутки после коронарного вмешательства у пациентов с субкли­ническими симптомами депрессии ОR = 0,97 (0,21 — 1,73; p = 0,046) и низкий уровень адипонектина до проведения вмешательства ОR = 1,32 (0,86 — 1,79; p = 0,044).

Таблица / Table 3

Динамика уровня исследуемых адипокинов в плазме крови у пациентов, подвергнувшихся ЧКВ
The dynamics of the adipokine’s plasma level in patients undergoing PCI

Содержание адипокинов в плазме крови Adipokine’s plasma level

I группа (без нарушений психоэмоцио­нального статуса, n = 14), M ± sd I group

(without psychoemotional disorders, n = 14); M ± sd

II группа (с субклинической депрессивной симптоматикой, n = 6), M ± sd II group

(with subclinical depressive symptoms, n = 6); M ± sd

До проведения ЧКВ Before PCI

Спустя 3 суток после ЧКВ On the 3d day after PCI

До проведения ЧКВ

Before PCI

Спустя 3 суток после ЧКВ

On the 3d day after PCI

Резистин, нг/мл Resistin, ng/ ml

16,85±1,7

19,35±1,7

23,43±1,1

24,56±1,8

р1=0,047

р2=0,788

р3=0,039

Лептин, нг/мл Leptin, ng / ml

8,34±1,8

9,27±0,9

8,27±0,6

9,79±1,4

р1=0,832

р2=0,960

р3=0,752

Адипонектин, мкг/мл Adiponectin, mcg / ml

22,61±2,4

24,36±2,9

23,85±2,2

26,42 ±2,5

р=0,548

р1=0,460

р3=0,685

Примечание: р1 — уровень статистической значимости различий показателей до проведения ЧКВ со стентированием; р2 — уровень статистической значимости различий показателей спустя 3 суток после проведения ЧКВ со стентированием; р3 — уровень стати­стической значимости различий показателей при сравнении групп с субклиническими симптомами депрессии и без депрессивных симптомов спустя 3 суток после проведения ЧКВ со стентированием.
Note: p1 — statistical significance of differences before PCI with stenting; p2 — statistical significance of differences on the 3d day after PCI with stenting; p3 — statistical significance of differences between groups with subclinical depressive symptoms and without psychoemotional disorders on the 3d day after PCI with stenting.

Таблица / Table 4

Динамика выраженности депрессивных симптомов по результатам психометрического тестирования по опроснику CES-D в течение 12 месяцев наблюдения у включенных в исследование пациентов
The depressive symptoms’ dynamic, according to the results of psychometric testing by CES-D questionnaire, during 12 months of observation in the patients included in the study

Примечание: р(1) — уровень статистической значимости различий в подгруппе без симптомов депрессии; р(2) — уровень статисти­ческой значимости различий в подгруппе с сопутствующими симптомами депрессии; р 0-3, р 0-6, р 0-12 — уровни статистической значимости симптомов депрессии через 3,6,12 месяцев по сравнению с исходными значениями.
Note: p (1) — statistical significance of differences in patients without psychoemotional disorders; p (2) — statistical significance of differences in the patients with subclinical depressive
Symptoms;p 0-3, p 0-6, p 0-12 — statistical significance of differences in the depressive symptoms in 3,6, 12 months compared with the initial values.

Таблица / Table 5

Клинические исходы у пациентов, включенных в исследование в зависимости от наличия депрессивных симптомов в течение 12 месяцев наблюдения
Clinical outcomes in patients included in the study, depending on the presence depressive symptoms during 12 months

Клинический исход Clinical outcome

I группа (без нарушений психо­эмоционального статуса, n = 14), M ± sd I group

(without psychoemotional disorders, n = 14); M ± sd

II группа (с субклинической депрессивной симптоматикой, n = 6), M ± sd II group

(with subclinical depressive symptoms, n = 6); M ± sd

Благоприятный исход Favorable outcome

57,4% (n=8)

33,3% (n=2)

Усугубление течения ИБС Worsening of the coronary heart disease

14,3% (n=2)

16,7% (n=1)

Повторная госпитализация Re-hospitalization

21,4% (n=3)

33,3% (n=2)

Рестеноз стента Stent restenosis

7,2% (n=1)

16,7% (n=1)

Обсуждение

В ряде исследований, посвященных изучению измене­ний гормонально-метаболических показателей при сим­птомах депрессии, указывается их значимое нейроэндо­кринное влияние на течение ИБС и сердечно-сосудистый прогноз [15].

В представленной работе показано, что у пациентов с ИБС исходный уровень резистина был выше при со­поставлении с референсными значениями. Согласно ре­зультатам исследований последних лет, было показано, что данный адипокин способен индуцировать развитие атерогенеза и внутрисосудистого воспаления посредствам активации ядерного фактора, а также стимулировать про­лиферацию эндотелиальных и гладкомышечных клеток в коронарных артериях посредством медиаторных влияний протеинкиназы С, активацию внеклеточных сигналов - регуляторной киназы Й фосфатидилизонозитол 3-киназы или Р38 митоген активированной протеинкиназы [16].

Реципрокным по влиянию на сердечно-сосудистую систему является адипонектин, уровень которого в нашей работе был значимо ниже у пациентов с ИБС при срав­нении с нормативными значениями. Адипонектин, явля­ющийся модулятором липидного метаболизма и систем­ного воспаления, обладает мощными антиатерогенными, противовоспалительными эффектами и рассматривается в качестве кардиопротективного биомаркера [17]. Имеют­ся данные, об ассоциации гипоадипонектинемии с вери­фицированным атеросклерозом коронарных артерий, что совпадает с результатами нашей работы [18].

Установлено, что исходное содержание лептина не от­личалось от референсых значений. Кроме того, пациенты с симптомами депрессии и без нарушений психоэмоциональ­ного статуса не имели различий по сывороточному уровню данного адипокина. Однако имеются публикации, свиде­тельствующие о повышенном содержании лептина у паци­ентов с коронарным атеросклерозом, в том числе у пациен­тов с симптомами депрессии, что не нашло подтверждения в нашей работе. Являясь мощным регулятором системного воспаления через паракринные механизмы, лептин оказы­вает неблагоприятное влияние на коронарное русло, в том числе в зоне стентирования, поддерживая воспалительную реакцию эндотелия, пролиферацию и миграцию гладкомы­шечных клеток сосудов, индуцирует оксидативный стресс, играющий важную роль в патогенезе атеросклероза и ресте­ноза [19].

В рамках проведенного исследования были получены данные, указывающие на повышение содержания резисти­на в плазме крови на третьи сутки от момента проведения ЧКВ со стентированием у пациентов без нарушений пси­хоэмоционального статуса. У пациентов с субклиниче­скими симптомами депрессии и исходно более высокими значениями резистина наблюдалась лишь тенденция к его нарастанию. Особый интерес представляет исследование, оценивавшее влияние резистина на развитие сердечно-со­судистых осложнений у больных ИБС, подвергшихся ин­тервенционному лечению. Была обнаружена достоверная корреляция уровня сывороточного резистина с тяжестью сердечно-сосудистых осложнений после эндоваскулярной коронарной реваскуляризации [10], что нашло подтверж­дение и в настоящей работе. При оценке влияния опера­тивного вмешательства на уровни лептина и адипонектина статистически значимых различий выявлено не было. Со­хранение исходно сниженного содержания адипонектина свидетельствует о недостаточности его кардиопротективного действия. В опубликованных ранее работах сообща­лось о низком содержании данного адипокина до проведе­ния стентирования коронарных артерий как факторе риска развития рестеноза [20].

При анализе динамики симптомов депрессии нами не установлено значимых изменений психоэмоционального статуса в промежуточные сроки, наблюдалась лишь тенден­ция к нарастанию депрессивных симптомов к 6 месяцу наблюдения с последующим снижением их выраженности к окончанию периода мониторирования. Согласно результа­там отечественного исследования, посвященного изучению динамики аффективных расстройств после интервенци­онного лечения ИБС, показано повышение выраженности депрессивных симптомов к 3 месяцу и снижение через 12 месяцев мониторирования [21].

При оценке клинических исходов в течении 12 месяцев наблюдения выявлено, что у пациентов с субклиническими симптомами депрессии чаще наблюдались сердечно-со­судистые события. В изученной литературе имеются ана­логичные сообщения, которые продемонстрировали, что пациенты с исходным нарушением психоэмоционально­го статуса после выполнения ЧКВ со стентированием в 4 раза чаще имели коронарные события даже при контроле других факторов риска [22]. Среди факторов, значимо не­гативно влияющих на долгосрочный прогноз пациентов с ИБС в рамках настоящего исследования, в том числе отме­чены гипоадипонектинемия и гиперерзистинемия. Полу­ченные данные согласуются с результатами исследований, продемонстрировавших отрицательный эффект исходно сниженного содержания адипонектина, повышения уровня резистина [23], негативное влияние аффективных симпто­мов [24] на кардиальный прогноз, как независимых преди­кторов сердечно-сосудистых осложнений.

Выводы:

  1. У пациентов со стабильной ИБС отмечалось по­вышение содержания резистина и снижение уров­ня адипонектина в плазме крови по сравнению с референсными значениями. Изменение психо­эмоционального статуса в виде сопутствующих субклинических депрессивных симптомов сопро­вождалось более выраженным повышением содер­жания резистина в плазме крови.
  2. Стентирование коронарных артерий приводило к нарастанию содержания резистина с достижением статистически значимых различий у лиц без со­путствующих изменений психоэмоционального статуса.
  3. Клинически неблагоприятные исходы, а именно рестеноз стента, повторная госпитализация, уча­щение приступов стенокардии встречались чаще у пациентов с субклиническими симптомами де­прессии, сохранявшимися в течение всего периода наблюдения.
  4. Факторами, негативно влияющими на сердечно­сосудистый прогноз, помимо сопутствующих на­рушений психоэмоционального статуса, а именно субклинических депрессивных симптомов, яви­лись изменения содержания адипокинов в виде снижения адипонектина и увеличения резистина.

Финансирование. Исследование не имело спонсор­ской поддержки.
Finansing. The study did not have sponsorship.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.
Conflict of interest. Authors declares no conflict of interest.

Список литературы

1. Фозилов Г.Г., Алекян Б.Г. Осложнения чрескожных коронарных вмешательств - классификация, предикторы развития и виды осложнений. // Бюллетень НЦССХ им. А.Н. Бакулев РАМН. Сердечно-сосудистые заболевания. – 2010. – Т.11, №5. – С.9-15. eLIBRARY ID: 15548087

2. Дубатова И.В., Лепявка С.В., Сафроненко А.В., Демидов И.А., Воякина В.Г. Коморбидность тревожно-депрессивных расстройств и общесоматической патологии // Главный врач Юга России. – 2019. – Т.68, №4. - С. 52-55. eLIBRARY ID: 39207427

3. Hryhorczuk C., Sharma S., Fulton S. Metabolic disturbances connecting obesity and depression // Fronties in neuroscience. – 2013. – V.7. – P 177. https://doi.org/10.3389/fnins.2013.00177

4. Woodward L., Akoumianakis I., Antoniades C. Unravelling the adiponectin paradox: novel roles of adiponectin in the regulation of cardiovascular disease // Br J Pharmacol. – 2017. V.174, № 22. – P. 4007-4020. https://doi.org/10.1111/bph.13619

5. Pischon T., Girman C.J., Hotamisligil G.S., Rifai N., Hu F.B., Rimm E.B. Plasma adiponectin levels and risk of myocardial infarction in men // J. Am. Med. Assoc. – 2012. –V. 291, № 14. – P. 1730–1737. https://doi.org/10.1001/jama.291.14.1730

6. Chiu T.Y., Chen C.Y., Chen S.Y., Soon C.C., Chen J.W. Indicators associated with coronary atherosclerosis in metabolic syndrome // Clin. Chim. Acta. – 2012. –V.413, № 1–2. – P. 226–231. https://doi.org/10.1016/j.cca.2011.09.033

7. Schaffl er A., Muller-Ladner U., Scholmerich J., Buchler C. Role of adipose tissue as an infl ammatory organ in human diseases // Endocr Rev. – 2006. – V. 27(5). – P. 449–467. https://doi.org/10.1210/er.2005-0022.

8. Espinola-Klein C., Gori T., Blankenberg S., Munzel T. Infl ammatory markers and cardiovascular risk in the metabolicsyndrome. // Front Biosci. – 2011. –V.16. – P. 1663. https://doi.org/10.2741/3812

9. Jamaluddin M.S., Weakley S.M., Yao Q, Chen C. Resistin: functional roles and therapeutic considerations for cardiovascular disease. // Br J Pharmacol. – 2012. – V.165. – P. 622-632. https://doi.org/10.1111/j.1476-5381.2011.01369.x

10. Momiyama Y., Ohmori R., Uto-Kondo H., Tanaka N., Kato R. et al. Serum resistin levels and cardiovascular events in patients undergoing percutaneous coronary intervention. // J. Atherosclerosis Th romb. – 2011. – V.18(2). - P. 108–114. https://doi.org/10.5551/jat.6023

11. Burnett M.S., Devaney J.M., Adenika R.J. Cross-Sectional Associations of Resistin, Coronary Heart Disease, and Insulin Resistance // J. Clin. Endocrinal. Metab. – 2014. – V. 91 №1. – P. 64-68. https://doi.org/10.1210/jc.2005-1653

12. Оганов Р.Г. Качественная клиническая практика с основами доказательной медицины. Учебное пособие для системы послевузовского и дополнительного профессионального образования врачей – М.: Силицея- Полиграф, 2011.

13. Neumann F.-J., Sousa-U. M., Ahlsson A., Alfonso F., Banning A.P., et al. ESC/EACTS Guidelines on myocardial revascularization // Eur.Heart J. – 2018. – V. 40 (2). – P. 87-165. https://doi.org/10.1093/eurheartj/ehy394

14. Vilagut G., Forero C.G., Barbaglia G., Alonso J. Screening for Depression in the General Population with the Center for Epidemiologic Studies Depression (CES-D): A Systematic Review with Meta-Analysis. // PLoS One. 2016. –V.11, №5. – P.15-20. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0155431

15. Chrysohoou C., Kollia N., Tousoulis D. Th e link between depression and atherosclerosis through the pathways of infl ammation and endothelium dysfunction // Maturitas. – 2018. – V.109. – P. 1–5. https://doi.org/10.1016/j.maturitas.2017.12.001

16. Тепляков А.Т., Ахмедов Ш.Д., Суслова Т.Е., Андриянова А.В., Кузнецова А.В., и др. Влияние резистина на течение ишемической болезни сердца у пациентов с сахарным диабетом 2-го типа. // Бюллетень сибирской медицины. – 2015. – T. 14. – №5. – C. 73-82. https://doi.org/10.20538/1682-0363-2015-5-73-82

17. Goldstein B.J., Scalia R.G., Ma X.L. Protective vascular and myocardial eff ects of adiponectin // Nat. Clin. Pract. Cardiovascular. Med. – 2009. –V. 6(1). – № 1. – P. 27–35. https://doi.org/10.1038/ncpcardio1398

18. Nishimura M., Hashimoto T., Kobayashi H., Yamazaki S., Okino K., et al. Association of the circulating adiponectin concentration with coronary in-stent restenosis in haemodialysis patients // Nephrol. Dial. Transplant. – 2006. – V. 21. – № 6. – P. 1640-1647. https://doi.org/10.1093/ndt/gfk088

19. Wallace A.M., McMahon A.D., Packard C.J., Kelly A., Shepherd J., et al. Plasma leptin and the risk of cardiovascular disease in the West of Scotland Coronary Prevention Study // Circulation. – 2018. – V. 104(25). – P. 3052–6. https://doi.org/10.1161/hc5001.101061

20. Shioji K., Moriwaki S., Takeuchi Y., Uegaito T., Mutsuo S., Matsuda M. Relationship of serum adiponectin level to adverse cardiovascular events in patients who undergopercutaneous coronary intervention // Circ. J. – 2014. – V. 71. – № 5. – P. 675-680. https://doi.org/10.1253/circj.71.675

21. Перцева Н.О., Хрусталева Л.О. Оценка динамики депрессивных расстройств у больных ИБС в зависимости от метода восстановления кровоснабжения сердца // Клиническая медицина. - 2017. – Т.18. – С. 26-30 https://doi.org/10.26641/2307-0404.2018.2.133699

22. Dijk M.R., Utens E.M., Dulfer K., Al-Qezweny M.N., van Geuns, et al. Depression and anxiety symptoms as predictors of mortality in PCI patients at 10 years of follow-up. // Eur. J. Prev. Cardiol. – 2016. – V.23(5). – P. 552–558. https://doi.org/10.1177/2047487315571889

23. Silha J.V., Krsek M., Skrha I.V., Sucharda P., Nyomba B.L., Murphy L.J. Plasma resistin, adiponectin and leptin levels in lean and obese subjects. Correlation with insulin resistance //Eur. I Endocrinol. – 2003. – V.149(4). – Р. 331–335. https://doi.org/10.1530/eje.0.1490331

24. De Jager T.A., Dulfer K., Radhoe S., Bergmann M.J., Daemen J., et al., Predictive value of depression and anxiety for long-term mortality: diff erences in outcome between acute coronary syndrome and stable angina pectoris. // Int. J. Cardiol. – 2018. – V. 250. – Р. 43–48. https://doi.org/10.1016/j.ijcard.2017.10.005


Об авторах

А. О. Лобэ
Ростовский государственный медицинский университет; Ростовская клиническая больница Южного окружного медицинского центра Федерального медико-биологического агентства России
Россия

Лобэ Александра Ованесовна, аспирант кафедры терапии; врач кардиолог и функциональной диагностики

Ростов-на-Дону



Д. Н. Иванченко
Ростовский государственный медицинский университет; Ростовская клиническая больница Южного окружного медицинского центра Федерального медико-биологического агентства России
Россия

Иванченко Дарья Николаевна, к.м.н., доцент кафедры терапии; заместитель главного врача по лечебной работе

Ростов-на-Дону



Н. П. Дорофеева
Ростовский государственный медицинский университет; Ростовская клиническая больница Южного окружного медицинского центра Федерального медико-биологического агентства России
Россия

Дорофеева Наталья Петровна, д.м.н., профессор кафедры терапии; заведующий Центра кардиологии, рентгенэндоваскулярной хирургии и кардиореабилитации

Ростов-на-Дону



Л. П. Cизякина
Ростовский государственный медицинский университет
Россия

Cизякина Людмила Петровна, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой клинической иммунологии и аллергологии

Ростов-на-Дону



М. В. Харитонова
Ростовский государственный медицинский университет
Россия

Харитонова Мария Владимировна, к.м.н., заведующий лабораторией клинической иммунологии и аллергологии

Ростов-на-Дону



С. В. Шлык
Ростовский государственный медицинский университет
Россия

Шлык Сергей Владимирович, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой терапии

Ростов-на-Дону



Для цитирования:


Лобэ А.О., Иванченко Д.Н., Дорофеева Н.П., Cизякина Л.П., Харитонова М.В., Шлык С.В. Адипокиновый профиль у больных ишемической болезнью сердца при стентировании коронарных артерий: вклад изменений психоэмоционального статуса. Медицинский вестник Юга России. 2020;11(2):62-70. https://doi.org/10.21886/2219-8075-2020-11-2-62-70

For citation:


Lobe A.O., Ivanchenko D.N., Dorofeeva N.P., Sizyakina L.P., Kharitonova M.V., Shlyk S.V. Adipokine profi le in patients with ischemic heart disease in stenting of the coronary arteries: contribution of changes in psychoemotional status. Medical Herald of the South of Russia. 2020;11(2):62-70. (In Russ.) https://doi.org/10.21886/2219-8075-2020-11-2-62-70

Просмотров: 181


Creative Commons License
Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.


ISSN 2219-8075 (Print)
ISSN 2618-7876 (Online)