<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">mvjr</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Медицинский вестник Юга России</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Medical Herald of the South of Russia</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="ppub">2219-8075</issn><issn pub-type="epub">2618-7876</issn><publisher><publisher-name>The Rostov State Medical University</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.21886/2219-8075-2019-10-1-59-64</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">mvjr-698</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>ORIGINAL ARTICLES</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Оценка изменений мышечной силы у пациентов пожилого возраста с признаками преждевременного старения</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>The evaluation of changes in muscle strength in elderly patients with premature aging</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Павлова</surname><given-names>Т. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Pavlova</surname><given-names>Tatyana V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>д.м.н., профессор, зав. кафедрой патологии</p></bio><bio xml:lang="en"><p>MD, Professor, Head Department of Pathology</p></bio><email xlink:type="simple">pavlova@bsu.edu.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Прощаев</surname><given-names>К. И.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Proshchayev</surname><given-names>Kirill I.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>д.м.н., профессор, директор</p></bio><bio xml:lang="en"><p>MD, Professor, Director</p></bio><email xlink:type="simple">nimcgerontologija@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Сатардинова</surname><given-names>Э. Е.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Satarinova</surname><given-names>Elmira E.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>к.м.н., доцент кафедры рефлексотерапии и косметологии</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Candidate of Medical Science, Associate Professor of the Chair of Refl exology and Cosmetology</p></bio><email xlink:type="simple">nimc_gerontolog@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-3"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Пилькевич</surname><given-names>Н. Б.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Pilkevich</surname><given-names>Natalia B.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>д.м.н. профессор кафедры патологии</p></bio><bio xml:lang="en"><p>MD, Professor of the Department of Pathology</p></bio><email xlink:type="simple">pilkevich@bsu.edu.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Павлова</surname><given-names>Л. А.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Pavlova</surname><given-names>Lyubov A.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>д.м.н. профессор кафедры патологии</p></bio><bio xml:lang="en"><p>MD, Professor of the Department of Pathology</p></bio><email xlink:type="simple">lpavlova@bsu.edu.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru"><institution>Белгородский государственный национальный исследовательский университет</institution><country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>Belgorod State National Research University</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-2"><aff xml:lang="ru"><institution>Научно-исследовательский центр «Геронтология»</institution><country>Russian Federation</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>Research Center «Gerontology»</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-3"><aff xml:lang="ru"><institution>Иркутская государственная медицинская академия последипломного образования</institution><country>Russian Federation</country></aff><aff xml:lang="en"><institution>Irkutsk State Medical Academy of Postgraduate Education</institution><country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2019</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>02</day><month>04</month><year>2019</year></pub-date><volume>10</volume><issue>1</issue><fpage>59</fpage><lpage>64</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Павлова Т.В., Прощаев К.И., Сатардинова Э.Е., Пилькевич Н.Б., Павлова Л.А., 2019</copyright-statement><copyright-year>2019</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Павлова Т.В., Прощаев К.И., Сатардинова Э.Е., Пилькевич Н.Б., Павлова Л.А.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Pavlova T.V., Proshchayev K.I., Satarinova E.E., Pilkevich N.B., Pavlova L.A.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://www.medicalherald.ru/jour/article/view/698">https://www.medicalherald.ru/jour/article/view/698</self-uri><abstract><sec><title>Цель</title><p>Цель: оценить изменения мышечной силы у пациентов пожилого возраста с признаками преждевременного старения. Материалы и методы: в исследование были включены 1080 человек: 540 в возрасте от 44 до 54 лет (средний возраст 49,1±2,2) и 540 в возрасте от 55 до 64 лет (средний возраст 57,2±2,4). Все пациенты в зависимости от предлагаемого варианта нутритивной поддержки и физической активности были разделены на три группы: первая (стандартные рекомендации), вторая (стандартные рекомендации, скандинавская ходьба и ежедневные прогулки не менее 30 минут), третья (стандартные рекомендации, скандинавская ходьба, ежедневные прогулки не менее 30 минут и нутритивная поддержка). Оценка состояния мышечной системы у пациентов с нарушениями гормонального фона и признаками преждевременного старения путем определения силы кистей с помощью динамометра «Мегеон 34090». Результаты: в группе мужчин и женщин в возрасте 55-64 лет, где применялась нутритивная поддержка и физическая активность, достоверные максимальные показатели по оценке суммарной кистевой динамометрии, однако ниже, чем у аналогичной группы в возрасте 45-54 лет, что обусловлено снижением показателей кистевой динамометрии с возрастом. Заключение: для профилактики саркопенических возрастных изменений можно рекомендовать достоверно результативную систему нутритивной поддержки и двигательные тренировки как мужчинам, так и женщинам.</p></sec><sec><title>Конфликт интересов</title><p>Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.</p></sec></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>Purpose: to evaluate changes in muscle strength in elderly patients with signs of premature aging. Materials and methods: the study included 1080 people: 540 aged 44 to 54 years (mean age 49.1±2.2) and 540 at the age of 55 to 64 years (mean age 57.2±2.4). All patients, depending on the proposed variant of nutritional support and physical activity, were divided into three groups: the 1st (standard recommendations), the 2nd (standard recommendations, Scandinavian walking and daily walks for at least 30 minutes), the 3rd (standard recommendations, Scandinavian walking, daily walks for at least 30 minutes and nutritional support). Results: it was found that in the group of men and women aged 55-64 years, where nutritional support and physical activity were applied, the dosage indicators for the total carpal dynamometry were lower, but lower than in the same group aged 45-54, which is due to decrease in the index of car dynamometry with age. Conclusion: for the prevention of sarcopenic agerelated changes, it is possible to recommend a credibly eff ective system of nutritional support and motor training, for both men and women.</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>саркопения</kwd><kwd>пожилой возраст</kwd><kwd>мышечная система</kwd><kwd>кистевая динамометрия</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>sarcopenia</kwd><kwd>elderly age</kwd><kwd>muscular system</kwd><kwd>carpal dynamometry</kwd></kwd-group></article-meta></front><body><sec><title>Введение</title><p>В соответствии с прогнозами ООН, в период с 2000 до 2050 гг. численность населения в мире в возрасте 60 лет и старше увеличится с 11 % в 2006 г. до 22 % в 2050 г., а в ряде стран, к которым отно­сится и Россия, удельный вес таких людей достигнет 35 % [<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit4">4</xref>]. Вместе с тем, клинико-эпидемиологические данные показывают, что на сегодняшний день, более 10% людей среднего возраста имеют функциональные признаки, характерные для людей старших возрастных групп, что отражает наличие популяционных процессов преждев­ременного старения [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>].</p><p>Саркопения является гериатрическим синдромом, который часто наблюдается у лиц пожилого и старческо­го возраста и приводит к нарушению состояния здоро­вья с индивидуальной потерей двигательных функций, приводящей к повышенному риску падения и переломов, нарушению способности к самообслуживанию, инвали- дизации, утрате независимости и повышенному риску смерти [<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit6">6</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>].</p><p>В связи с этим необходимы исследования по изуче­нию распространенности и факторов риска саркопении у лиц старших возрастных групп, разработка методов и средств диагностики, профилактики и лечения наруше­ний функционального состояния мышечной системы.</p><p>Цель исследования — изучить изменения мышечной силы у пациентов пожилого возраста с признаками пре­ждевременного старения.</p></sec><sec><title>Материалы и методы</title><p>Всего в наше исследование были включены 1080 че­ловек. Всем пациентам, определялся биологический воз­раст (БВ), его «позитивный» («+») и «негативный» («-» варианты. «Негативный» вариант БВ свидетельствует о признаках преждевременного старения.</p><p>Биологический возраст определялся нами по форму­ле для определения биологического возраста по методике В.П. Войтенко.</p><p>Мужчины = 26,985 + 0,215 х АДС - 0,149 х ЗДВ - 0,151 х СБ + 0,723 х СОЗ</p><p>Женщины = - 1,463 + 0,415 х АДП - 0,141 х СБ + 0,248 х МТ + 0,694 х СОЗ,</p><p>где АДС — артериальное давление систолическое в мм рт.ст.; АДП — артериальное давление пульсовое в мм рт.ст.; ЗДВ - продолжительность задержки дыхания после глубокого вдоха; МТ - масса тела в килограммах; СБ - статическая балансировка; СОЗ - субъективная оценка здоровья.</p><p>Результаты сравнивались с хронологическим (па­спортным) возрастом и в случае, когда они превышали цифру, то пациенты были отнесены в группу «негатив­ного» варианта биологического возраста, в случае, когда результаты были ниже хронологического возраста, то па­циенты были отнесены в группу «положительного» вари­анта биологического возраста.</p><p>Пациенты с «нормальным» вариантом БВ в исследо­вание включены не были. Изучение мышечной силы у пациентов с «нормальным» вариантом биологического возраста не входило в цели и задачи данного диссертаци­онного исследования.</p><p>Группы подбирались однородные в течение 5 лет для объективизации данных исследования.</p><p>Все обследуемые пациенты были распределены сле­дующим образом: из 540 женщин с нарушениями гор­монального фона в виде предклимактерического или климактерического синдрома — 270 человек, в возрасте 44-54 лет (средний возраст 49,1±2,2), из них 150 человек с «-» и 120 с «+» вариантом БВ и 270 женщин в возрасте 55-64 лет (средний возраст 57,2±2,4), из них 150 человек с «-» и 120 человек с «+» вариантом БВ.</p><p>Из 540 мужчин с нарушениями гормонального фона в виде возрастного андрогенного дефицита, было 270 че­ловек, в возрасте 44-54 лет (средний возраст 51,1±2,3), из них 150 человек с «-» и 120 с «+» вариантом БВ и 270 че­ловек в возрасте 55-64 лет (средний возраст 59,2±2,4), из них 150 человека с «-» и 120 человек с «+» вариантом БВ.</p><p>Все пациенты в зависимости от предлагаемого вари­анта нутритивной поддержки и физической активности были разделены на три группы.</p><p>Первая группа (контрольная). Пациенты получа­ли стандартные рекомендации врача без нутритивной поддержки и режима физической активности, которые включали в себя необходимую стандартную терапию по клиническим рекомендациям по поводу предклимактерического или климактерического синдрома и возраст­ного андрогенного дефицита в виде гормональных лекар­ственных препаратов.</p><p>Вторая группа. Дополнительно к стандартным ре­комендациям пациенты занимались аэробными видами тренировок в виде скандинавской ходьбы (два раза в не­делю по 60 минут под руководством инструктора) и еже­дневные прогулки продолжительностью не менее 30 ми­нут, без нутритивной поддержки.</p><p>Третья группа. Дополнительно к стандартным реко­мендациям пациенты занимались аэробными видами тренировок в виде скандинавской ходьбы (два раза в не­делю по 60 минут под руководством инструктора), еже­дневные прогулки продолжительностью не менее 30 ми­нут + нутритивная поддержка в виде приёма Nutridrink Compact Protein (количественный и качественный состав на 100 мл: энергетическая ценность — 1010 кДж/ 240 ккал, белок — 14,4 г, жиры — 9,4 г, углеводы — 24,4 г, минераль­ные вещества: натрий — 40 мг, калий 105 мг, хлорид — 60 мг, кальций — 350 мг, фосфор — 300 мг, магний — 55 мг, железо — 2,1 мг, цинк - 2,4 мг, медь 350 мкг, марганец 0,63 мг, фтор — 0,19 мг, молибден 20 мкг, селен — 14 мкг, хром — 13 мкг, йод — 46 мкг, витамины: витамин А — 260 мкг-RE, витамин Д 3 — 2,1 мкг, витамин Е — 3,7 мг — альфа ТЕ, витамин К — 16 мкг, тиамин — 0,45 мг, рибофлавин — 0,50 мг, ниацин NE — 3,6 мг, пантотеновая кислота — 1,6 мг, пиридоксин — 0,53мг, фолиевая кислота — 80 мкг, цианокобаламин — 1,1 мкг, биотин — 12 мкг, витамин С — 30 мг, холин 110 мг) по 1 порции 3 раза в день + Resurs Faiber (количественный и качественный состав на 100 мл: энергетическая ценность — 840 кДж/ 200 ккал, белок — 18 г, жиры — 17,4 г, углеводы — 40 г, вода, сироп глюкозы, молочный белок — 14 мг, минеральные вещества (натрия цитрат, калия цитрат, калия хлорид, магния цитрат, маг­ния оксид, железа сульфат, натрия хлорид, цинка суль­фат, кальция цитрат, марганца сульфат, меди сульфат, на­трия фторид, калия йодид, натрия селенат, хрома хлорид, натрия молибдат), витамины (С, Е, ниацин, пантотеновая кислота, В6, В1, А, В2, D, К, фолиевая кислота, биотин) по 1 порции 3 раза в день. Препараты выбраны как наи­более популярные и рекомендуемые для дополнительной нутритивной поддержки. Исследование проводилось на протяжении 6 месяцев.</p><p>В каждую из групп было включено по 90 женщин в возрасте 45-54 лет (40 с «+» и 50 с «-» вариантом БВ) и 90 женщин в возрасте 55-64 лет (40 с «+» и 50 с «-» вариан­том БВ), по 90 мужчин, в возрасте 45-54 лет (50 с «-» и 40 с «+» вариантом БВ) и 90 мужчин 55-64 лет (50 с «-» и 40 с «+» вариантом БВ).</p><p>В ходе работы проводилась оценка состояния мышеч­ной системы у пациентов с нарушениями гормонального фона и признаками преждевременного старения путем определения силы кистей с помощью динамометра «Мегеон 34090». Измерения проводились на разных руках с учетом гендерной разницы, затем вычислялся средний суммарный показатель правой и левой руки, что позво­лило сравнить полученные результаты в разных группах исследования.</p><p>В основе статистических методов обработки данных лежал метод статистических регистров с динамической рандомизацией по исследуемым признакам. При этом при обработке данных исследования был проведен рас­чет средних абсолютных и относительных величин с рас­четом ошибки средней; выполнена оценка значимости различий двух совокупностей с применением критерия t Стьюдента (разность показателей считалась достоверной при t&gt;2, р&lt;0,05).</p></sec><sec><title>Результаты</title><p>Показатели кистевой динамометрии у женщин: в воз­расте 45-54 лет при «+» варианте биологического возрас­та в первой группе было выявлено 20,0±2,1 кг при оценке суммарной кистевой динамометрии, во второй группе 25,2+1,0 кг, p&lt;0,05 достоверные различия между показа­телем первой и второй групп, в тртьей группе — 31,1+1,1 кг, p&lt;0,05 достоверные различия между показателем вто­рой и третьей групп; p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп. Таким образом, в группе, достоверные максимальные значения суммарной динамометрии отмечались в группе, где применялась фи­зическая активность и нутритивная поддержка у паци­ентов с «+» вариантом биологического возраста (табл. 1).</p><p> </p><p>У женщин в возрасте от 45 до 54 лет при «-» вариан­те биологического возраста в первой группе при оценке суммарной кистевой динамометрии было выявлено сни­жение мышечной силы на 24,4 %, по сравнению со вто­рой группой (p&lt;0,05), p&lt;0,05 по сравнению с показателем «+» вариант БВ одного возраста, в третьей группе — до­стоверно ниже на 20,6 %, чем во второй группе (p&lt;0,05); p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп, p&gt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ одного возраста.</p><p>У женщин в возрасте 55-64 лет при «+» варианте био­логического возраста при оценке суммарной кистевой динамометрии в 1-й группе мышечная сила на 12 % до­стоверно ниже, чем у пациентов возрастной группы (45­54 лет), p&lt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ другой возрастной группы, не достоверные различия между показателем первой и второй групп, p&lt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ другой воз­растной группы, в третьей группе на 22,3 % ниже, чем во второй; p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп, p&lt;0,05 ,по сравнению с показате­лем «+» вариант БВ другой возрастной группы.</p><p>У женщин в возрасте 55-64 лет при «-» варианте био­логического возраста в первой группе выявили мини­мальные результаты, по сравнению с другими группами, что составило 9% и 27% соответственно, p&gt;0,05 по срав­нению с показателем «+» вариант БВ одного возраста, во 2-й группе не достоверные различия между показателем первой и второй групп, p&lt;0,05 по сравнению с показате­лем «+» вариант БВ одного возраста, в третьей группе до­стоверные различия между показателем второй и третьей групп; p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп, p&lt;0,05 по сравнению с показате­лем «-» вариант БВ другой возрастной группы.</p><p>У мужчин показатели кистевой динамометрии выше, чем у женщин. Так, у мужчин были получены следующие характеристики кистевой динамометрии: в возрасте 45­54 лет при «+» варианте биологического возраста в пер­вой группе при оценке суммарной кистевой динамоме­трии было выявлено достоверное снижение мышечной силы на 17 %, по сравнению со второй группой, в третьей группе достоверные различия между показателем второй и третьей групп (p&lt;0,05); p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп. Таким обра­зом, в группе, достоверные максимальные значения сум­марной динамометрии отмечались в группе, где приме­нялась физическая активность и нутритивная поддержка у пациентов с «+» вариантом биологического возраста (табл. 2).</p><p> </p><p>У мужчин в возрасте 45-54 лет при «-» варианте био­логического возраста в 1-й группе было выявлено p&gt;0,05 по сравнению с показателем «+» вариант БВ одного воз­раста при оценке суммарной кистевой динамометрии, во второй группе достоверные различия между показателем первой и второй групп, p&gt;0,05, по сравнению с показате­лем «+» вариант БВ одного возраста, в третьей группе — p&lt;0,05, достоверные различия между показателем второй и третьей групп; p&lt;0,05 достоверные различия между по­казателем первой и третьей групп, p&gt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ одного возраста.</p><p>У мужчин в возрасте 55-64 лет при «+» варианте био­логического возраста в первой группе было выявлено 22,2±1,4 кг при оценке суммарной кистевой динамоме­трии, что не достоверно ниже, чем у пациентов младшей возрастной группы (45-54 лет), p&gt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ другой возрастной группы, во второй группе p&gt;0,05 не достоверные различия между показателем первой и второй групп, p&lt;0,05, по сравне­нию с показателем «+» вариант БВ другой возрастной группы, в третьей группе достоверные различия между показателем второй и третьей групп; p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп, p&lt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ дру­гой возрастной группы.</p><p>У мужчин в возрасте 55-64 лет при «-» варианте био­логического возраста в первой группе было выявлено 21,1±1,3 кг при оценке суммарной кистевой динамоме­трии, что составило минимальные результаты по сравне­нию с другими группами, p&gt;0,05, по сравнению с показа­телем «+» вариант БВ одного возраста, во второй группе p&gt;0,05 недостоверные различия между показателем пер­вой и второй групп, p&gt;0,05, по сравнению с показателем «+» вариант БВ одного возраста, в 3-й группе p&lt;0,05 до­стоверные различия между показателем второй и третьей групп; p&lt;0,05 достоверные различия между показателем первой и третьей групп, p&gt;0,05, по сравнению с показате­лем «-» вариант БВ другой возрастной группы.</p></sec><sec><title>Обсуждение</title><p>Представленные данные корреспондируют с данны­ми эпидемиологических исследований других авторов, которыми подтверждена взаимосвязь между снижени­ем уровня тестостерона с возрастом и снижением мы­шечной силы и функции. Снижение уровня эстрогенов у женщин с возрастом, в период менопаузы имеет также значительное влияние на мышечную силу, так как извест­но, что эстроген, конвертируясь в тестостерон, оказывает анаболический эффект на синтез мышечного белка [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit8">8</xref>][<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>].</p><p>В группе мужчин и женщин в возрасте 55-64 лет, где применялась нутритивная поддержка и физическая активности, достоверные максимальные показатели по оценке суммарной кистевой динамометрии, однако ниже, чем у аналогичной группы в возрасте 45-54 лет, что обусловлено снижением показателей кистевой дина­мометрии с возрастом. Следует отметить, что при при­менении нутритивной поддержки удавалось достичь более высоких показателей суммарной динамометрии у пациентов с «-» вариантом биологического возраста, как и у пациентов с «+» вариантом биологического возраста в возрастной группе 55-64 лет, однако не удалось достичь таких же значений, как в возрастной группе 45-54 лет. Также следует отметить, что у пациентов пожилого воз­раста при применении нутритивной поддержки удается достичь лучших результатов при измерении показателей кистевой динамометрии с «-» вариантом биологического возраста, по сравнению с пациентами такой же возраст­ной группы с «+» вариантом биологического возраста, что подчёркивает необходимость и целесообразность включения нутритивной поддержки в программы кор­рекции у пациентов с признаками преждевременного старения и нарушениями гормонального фона.</p></sec><sec><title>Выводы</title></sec></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Анисимов В.Н. Медицина антистарения: состояние и перспективы // Российский семейный врач. - 2010. - №4. - С. 4-12.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Anisimov VN. Anti-aging medicine: state and prospects. Russian family doctor. 2010;4:4-12. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Поворознюк В.В. Захворювання кістково-м’язової системи у людей різного віку (вибрані лекції, огляди, статті): у 3 томах. К.; 2009.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Povoroznyuk VV. Diseases of the bone and muscle system in people of all ages (selected lectures, reviews, articles): 3 volumes. K;2009. (in Ukr.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Безденежный А.В., Сумин А.Н. Саркопения: распространенность, выявление и клиническое значение. // Клиническая медицина. -2012. - Т.90. - № 10. -С. 16-23.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Bezdeniezhnyi AV., Sumin AN., Sarcopenia: Prevalence, Detection, and Clinical Signifi cance. Clinical medicine. 2012;90(10):16-23. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Удинцов В.М., Удинцов И.М., Серова Л.Д. Саркопения – новая медицинская нозология. // Физкультура в профилактике, лечении и реабилитации. -2009. – Т. 31- № 4. – С. 7-16.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Udinzov VM., Udinzov IM., Serova L.D. Sarcopiens is a new medical nosology. Physical education in prevention, treatment and rehabilitation. 2009;31(4):7-16. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit5"><label>5</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Носков С.Н., Заводчиков А.А., Лаврухина А.А., Гульнева М.Ю., Цурко В.В. Клиническое значение саркопении и миопении. // Русский медицинский журнал. – 2013. – №21. – С. 1041.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Noskov SN, Zavodchikov AA, Lavrukhin AA, Gulnev M.Yu, Tsurko VV. Clinical signifi cance of sarcopenia and myopenia. Russian medical journal. 2013;21:1041. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit6"><label>6</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Бочарова К.А., Герасименко А.В., Жабоева С.Л. Изучение распространенности саркопении у пациентов системе первичной медико-санитарной помощи [электронный ресурс]. // Современные проблемы науки и образования. – 2014. – №6. Доступно по: http://www.science-education.ru. Ссылка активна на 07.02.2018.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Bocharova KA, Gerasimenko AV, Zhaboeva SL. Study of the prevalence of sarcopenia in patients with the primary health care system [electronic resource]. Modern problems of science and education. 2014;6. (In Russ). Available from: http://www. science-education.ru. Accessed on February 07, 2018.</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit7"><label>7</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Сафонова Ю.А., Зоткин Е.Г. Диагностическая значимость функциональных тестов для оценки возраст-ассоциированной саркопении. // Остеопороз и остеопатии. – 2016. – №2. – С. 109.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Safonova YuA., Zotkin EG. Diagnostic signifi cance of functional tests for age-associated sarcopenia. Osteoporosis and osteopathy. 2016;2:109. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit8"><label>8</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Шабалин В.Н. Возрастные изменения мышечной системы. – Москва: изд. «Цитадель Трейд»; 2005.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Shabalin VN. Age changes in the muscular system. Moscow: ed. “Citadel Trade”; 2005. (In Russ).</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
