Бешенство — вирусная зоонозная природно-очаговая инфекция с контактным механизмом передачи, протекающая у человека с тяжёлым поражением нервной системы и заканчивающаяся смертельным исходом1 [1][2]. Несмотря на многолетний опыт борьбы с этой болезнью, бешенство остаётся широко распространённой глобальной угрозой, что заставляет вспомнить слова Пьера Поля Эмиля Ру (1925) о том, что «Эта болезнь всегда считалась наиболее коварной и таинственной заразой, разрешение проблемы бешенства явится благодеянием человечеству и станет поразительной победой». По оценке Всемирной организации здравоохранения, эту инфекцию у человека регистрируют более чем в 150 странах. Ежегодно от неё погибает до 60 тысяч жителей планеты, подавляющее большинство из которых приходится на страны Азии (59,6 %) и Африки (36,4 %). Случаи болезни в основном (85%) регистрируют в местностях с низким уровнем ветеринарного и медико-санитарного просвещения и обслуживания [3].

Заболеваемость человека и животных сопровождается значительными экономическими потерями, связанными с высокой стоимостью постэкспозиционного лечения, ликвидации последствий инцидентов, мероприятий специфической профилактики бешенства среди диких плотоядных, домашних и сельскохозяйственных животных.

В нашей стране экономический ущерб от укусов, наносимых животными — потенциальными источниками возбудителя — достигает более 3,5 млрд рублей в год [4][5]. В Российской Федерации достигнуты значительные успехи в вопросах диагностики и профилактики бешенства, однако случаи инфицирования людей Lyssavirus rabies, заканчивающиеся летально, регистрируют ежегодно. За антирабической помощью ежегодно обращается от 350 до 450 тысяч человек. В отдельных регионах страны, в том числе на новых территориях Российской Федерации, эпизоотическая обстановка по данному заболеванию остаётся напряжённой, что требует оценки рисков распространения бешенства.

Цель исследования — характеристика эпидемиологических рисков распространения бешенства на новых территориях Российской Федерации с учётом современной эпизоотолого-эпидемиологической ситуации на сопредельных с ними территориях Украины.

Проведён анализ данных статистических форм отчётности об инфекционной заболеваемости в Украине №1 «Отчёт об отдельных инфекциях и паразитарных заболеваниях» сведений информационного мониторинга официальных сайтов Центра общественного здоровья министерства охраны здоровья Украины, государственной службы Украины по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты потребителей, областных центров контроля и профилактики болезней министерства охраны здоровья Украины и данных заболеваемости бешенством, представленных Управлениями Роспотребнадзора ДНР, ЛНР, ХО и ЗО за 2022–2025 гг.

По имеющимся ретроспективным данным, на территориях новых регионов Российской Федерации, граничащих с Украиной, широко распространены природные очаги бешенства плотоядных животных. Однако информация о циркуляции возбудителя, спектре носителей и регистрации заболеваемости носит отрывочный характер, не позволяющий получить объективное и целостное представление. Кроме того, до вхождения ДНР, ЛНР, ХО и ЗО в состав Российской Федерации системный эпизоотологический мониторинг на территориях новых регионов проводился в неполном объёме, что затрудняет оценку реальных рисков осложнения эпидемиологической ситуации по этой инфекции.

Проблемное поле этого процесса обусловлено тем, что работа в данном направлении происходит непосредственно в условиях проведения специальной военной операции. Кроме того, существенная часть профессиональной деятельности специалистов новых регионов происходила в принципиально иных, чем в российском здравоохранении, подходах к мероприятиям эпидемиологического надзора и оценкам рисков [6]. Эффективность оперативного реагирования на биологические вызовы, в том числе по бешенству плотоядных животных, базируется на многофакторном анализе существующих рисков и данных о развитии эпизоотологической ситуации. Изучение и выявление факторов риска, оценка условий их реализации во многом определяют успешность противоэпидемических мероприятий, служат основой для принятия адекватных управленческих решений в сфере эпидемиологического надзора [7][8]. Проведение мероприятий эпидемиологического надзора, принятых в Российской Федерации, базируется на том, что в основе любого эпидемиологического события лежит начальная (исходная) реализация эпидемиологического риска [9], который определяется как потенциальная возможность осложнения эпидемиологической обстановки, ожидаемой или возникшей в связи с неблагоприятным воздействием на неё определённых факторов риска [10].

В период с 2022 по 2025 г. на территориях новых субъектов Российской Федерации случаи бешенства диких и домашних животных регистрировали ежегодно. Отмечалась обращаемость населения с жалобами на укусы домашними животными. В 2024 г. число граждан, пострадавших от укусов животными, увеличилось по сравнению с 2023 г. в 31 раз.

Эпидемиологическая ситуация по бешенству в новых регионах оценивается как сложная. В 2023 г. на территории ДНР выявлен один случай заболевания человека. В 2024 г. зарегистрированы три летальных случая бешенства: в ЛНР, ХО и ЗО. В ДНР случаев бешенства людей в 2024 г. не зарегистрировано. В 2025 г. заболеваемость на территориях новых регионов не выявлена.

Характеризуя природные очаги бешенства на новых территориях России, необходимо отметить, что ландшафтно-географические особенности природных биотопов, климатические условия и факторы антропогенного воздействия обусловливают оптимальные условия для существования носителей возбудителя. Наличие различных ландшафтных условий: степей, лесов, оврагов и др. способствует не только расселению носителей, но и увеличению их контактов с домашними животными.

При типировании вирусов бешенства, выявленных в биоматериале умерших от бешенства людей на территориях ДНР, ЛНР, ХО, ЗО, установлена их идентичность патогенам, циркулирующим в природных очагах европейской части России, относящимся к степной подгруппе лиссавируса бешенства (Lyssavirus rabies), представители которой широко распространены на территории России.

Риски распространения бешенства на новых территориях России определяются рядом факторов, которые используя подход к систематизации видов эпидемиологического риска, предложенный Е.Д. Савиловым с соавт. (2018), можно определить, как «убиквитарные» существующие на всех природно-очаговых территориях на Земле, и «локальные», присущие современному периоду развития эпизоотического и эпидемического процессов в ДНР, ЛНР, ХО и ЗО [8][11].

Убиквитарные риски, в первую очередь, определяются уникальными свойствами вируса бешенства, единственного из царства Vira патогена, поражающего всех теплокровных, в том числе людей, у которых летальность составляет 100 %. [12]. Это связано с универсальностью входных ворот инфекции, наличием нервно-мышечных синапсов, несущих никотиновые ацетилхолиновые рецепторы в любой точке поверхности тела животного [13].

Также к убиквитарным целесообразно отнести риски, определяемые широтой распространения природных очагов практически по всему миру, за исключением некоторых островных государств (Новая Зеландия, Англия, Япония) и континентов Австралии и Антарктиды [14]. В рамках паразитарной системы этих очагов циркуляция вируса поддерживается межвидовой передачей среди представителей отряда хищных (Cаrnivora) и подотряда млекопитающих отряда рукокрылых (Microchiroptera), каждый из представителей которых может стать источником инфекционного агента, передаваемого домашним и сельскохозяйственным животным, что пополняет резервуар инфекции. Важным является и то, что на сегодняшний день специфическое лечение бешенства отсутствует.

Для человека источником возбудителя инфекции являются больные животные на любом этапе инфекционного процесса: от инкубационного периода до стадии выраженных клинических проявлений. Этот риск по принадлежности к виду заболеваемости можно систематизировать как контагиозный (инфекционный).

Контактный механизм передачи возбудителя осуществляется при укусе или ослюнении человека больным бешенством животным, так как инфекционный агент высоко тропен к тканям центральной нервной системы, что способствует значительной концентрации возбудителя в слюне. Скорость распространения вируса по нервным стволам примерно 3 мм/час.2 Наиболее частым местом локализации входных ворот инфекции являются верхние конечности и лицо, тогда как контакт с туловищем и нижними конечностями встречается реже.

Реализации контактного механизма передачи возбудителя способствует особенность вируса менять поведение хозяина на агрессивное.3

Перечисленные эпидемиологические риски по характеру проявления во времени являются постоянными, по территориальному распространению — региональными, а по возможности предвидения — прогнозируемыми.

Для новых территорий России напряжённая эпизоотолого-эпидемиологическая ситуация по бешенству в Украине создаёт особые локальные риски, которые по времени возникновения можно систематизировать как текущие, по характеру проявления во времени — систематические, по комплексности воздействия — сложные [8].

По данным Центра общественного здоровья министерства охраны здоровья Украины, регистрация лабораторно подтверждённых случаев отмечается на всех административных территориях страны, включая и крупные города, что свидетельствует о стойком эпизоотологическом неблагополучии по бешенству. Эпизоотия в природных очагах Украины среди диких хищных животных продолжается более 30 лет [15]. Однако в настоящее время в паразитарную систему природных очагов вовлекается всё больше домашних животных (кошки, собаки). Специалисты Всемирной организации здравоохранения в 2023 г. отметили выраженную тенденцию увеличения числа кошек на Украине, у которых подтверждено бешенство. По информации государственной службы Украины по вопросам безопасности пищевых продуктов и защиты потребителей, удельный вес «неблагополучных» пунктов по бешенству кошек и собак составляет более 60%, значительно превышая число «неблагополучных» пунктов, сопряжённых с лисами (20,1%) и другими дикими животными (2,8%).

Современный период характеризуется тем, что эпизоотический процесс приобрел урбанистический характер за счёт включения в паразитарную систему бродячих и домашних собак и кошек. Антропогенные изменения, происходящие в связи со сложившейся общественно-политической ситуацией в стране, являются одной из причин роста числа бездомных животных, миграция которых к поселениям людей приводит к увеличению межвидовых контактов домашних животных с дикими плотоядными  — основными носителями вируса бешенства. По оперативной информации областных центров контроля и профилактики болезней министерства охраны здоровья Украины, регистрируют многочисленные случаи заходов диких животных в населённые пункты с последующим инфицированием домашних животных. Необычным подтверждением урбанизации эпизоотического процесса являются события, произошедшие в конце августа 2025 г. в частном контактном зоопарке г. Киева, когда был зафиксирован лабораторно подтверждённый случай смерти от бешенства оленя и был выявлен вирус у других животных, содержащихся в учреждении.

Анализ видового состава носителей свидетельствует о том, что на большинстве административных территорий Украины доминирующим источником инфекционного агента являются бродячие и домашние кошки (в Харьковской, Днепропетровской, Черниговской, Ровненской, Закарпатской, Тернопольской, Винницкой областях и временно оккупированных Украиной территорий Донецкой и Запорожской областей) и собаки (в Николаевской, Одесской, Кировоградской, Черкасской, Полтавской, Житомирской, Хмельницкой, Черновицкой, Ивано-Франковской областях и временно оккупированной Украиной территорий Херсонской области). В Сумской, Киевской и Волынской областях — собаки и кошки одновременно. В Львовской области в настоящее время основным источником вируса являются рыжие лисы.

Ежегодно по поводу покусов животными в медицинские учреждения Украины обращаются 100–120 тыс. человек, 60% из них получает антирабическое лечение.

Эпидемиологической проекцией эпизоотологического неблагополучия в стране является регистрация летальных случаев бешенства человека в 2022–2025 гг. Согласно данным статистической формы отчётности об инфекционной заболеваемости № 1 «Отчёт об отдельных инфекциях и паразитарных заболеваниях» в Украине, случаи болезни регистрировали в Житомирской, Черниговской, Винницкой областях. Отдельным риском для новых территорий Российской Федерации является регистрация бешенства человека на сопредельных к ним Харьковской (2022 г., 2024 г.) и Днепропетровской областях (2024 г., 2025 г.).

1. XXII. Профилактика бешенства, СанПиН 3.3686-212. Зверев В. В., Бойченко М.Н. Медицинская микробиология, вирусология и иммунология, учебник, том 2. 2016: 316- 213. Шевченко А. А. и др. Профилактика и мероприятия по ликвидации бешенства //Кубанский Государственный Аграрный Университет. Кафедра микробиологии, эпизоотологии и вирусологии. Краснодар–2013. – 2013